Главная › Результаты деятельности › Интервью

  • вернуться в раздел
  • версия для печати
  • отправить по почте
  • опубликовать в блоге
  • опубликовать в форуме

 

Россия проверит западную демократию на вшивость

12 февраля 2008 года
автор: Владимир Ворсобин , газета «Комсомольская правда»

В Париже и Нью-Йорке открываются отделения российского Института демократии и сотрудничества. Зачем нам это надо, спецкор «КП» Владимир Ворсобин спросил главу этого института, адвоката Анатолия Кучерену

  • Анатолий Кучерена готов распространить российскую демократию на всем земном шаре. Фото: Леонид Валеев

— Анатолий Григорьевич, правозащитный фонд, критикующий западную демократию, — это ваша идея?

— Конечно. Но я уточню: если мы изначально будем настроены на критику, то у нас ничего не получится. Меня удивили некоторые газетные заголовки, что мы, дескать, намерены учить американцев и европейцев, как им жить. Это неправда. Мы учиться будем, обмениваться опытом. Меня, например, как правоведа интересует избирательное право в Америке. Потому что вроде бы есть прямое голосование граждан, а с другой стороны, есть некая группа людей-выборщиков, которые могут принять свое решение. Правда, интересно? Но это не означает, что мы должны критиковать Америку или другую страну. Но если мы увидим, что к нам предвзято относятся, мы выскажем свою позицию.

— Кто будет оплачивать вашу работу?

— Я знаю, что и государство в Америке тратит большие деньги на развитие фондов. И мы сегодня исходим только из социальной активности бизнеса. Некоммерческий фонд «Институт демократии и сотрудничества» будет существовать исключительно на пожертвования, которые платят конкретные бизнесмены либо коммерческие структуры.

— А какой смысл бизнесменам оплачивать ваш проект изучения западной демократии?

А почему вы не верите в это? Вы разве сомневаетесь, что в нашей стране есть бизнесмены, которые тратят много денег на правозащитную деятельность, на социальные проекты?

— На социальные-то я понимаю. Но изучать западную демократию-то нашему бизнесу зачем?

— Потому что на Западе в некоторых государствах ведется кампания, направленная на опорочивание российских предприятий. Например, Газпром, «ЛУКОЙЛ»…

— Господин Прохоров в Куршевеле…

— Я не буду комментировать ситуацию с Прохоровым. Я ее не знаю. Мне известно, какие деньги тратят для того, чтобы опорочить наш бизнес. Помните сделку по слиянию «Северстали» с иностранной компанией «Арселор»? Все шло нормально, но в западных средствах массовой информации все ядовитые стрелы были направлены именно на срыв этой сделки. И понятно, кто стоит за этим. Но вопрос в другом. Если мы хотим, чтобы наша страна была представлена в мировом сообществе с ее самобытностью, культурой, мы должны что-то делать. Например, через такие фонды.

— То есть это имиджевая акция?

— В том числе. Потому что любому бизнесмену, работающему за рубежом, важно, чтобы страна, которую он представляет на Западе, имела нормальную репутацию. Мы, юристы, прекрасно понимаем, что такое репутация. Именно мы настояли, чтобы в Гражданском кодексе, помимо чести и достоинства, был введен термин «защита деловой репутации». Потому что репутация влияет на все.

— Каков ваш бюджет?

— Мы пока не можем сказать. Смотря какие пожертвования к нам будут поступать… Нужно еще подсчитать, во сколько обойдется работа штаб-квартир в Нью-Йорке, Париже, Москве…

— Экс-депутат от фракции «Родина» Нарочницкая возглавит парижский филиал, политолог Мигранян — нью-йоркский. Очень гармонично смотрятся эти фамилии.

— Почему?

— Их взгляды широко известны, и они почти полностью совпадают с государственной линией.

— И что в этом плохого? Если вы усмотрели одинаковые взгляды Нарочницкой и Миграняна — ну и хорошо, значит, я сделал удачный выбор. Могу сказать, что они оба специалисты и оба хорошо знают Америку и Европу.

— Как будет выглядеть ваша работа за рубежом?

— Через экспертное сообщество. Через общение, дискуссии. Не важно, что у того или иного эксперта может быть совершенно противоположная позиция. Очень хорошо. Мы садимся за стол и эту тему обсуждаем. И вместе пытаемся выработать те или иные стандарты. Надо выработать!

— То, что российский «импортный» фонд возник сразу после скандала с Британским советом и в канун президентских выборов в США, — совпадение?

— Конечно! Я не знаю, что происходит в Британском совете. А о создании подобной организации я говорил очень давно. Политики должны опираться на мнение экспертов по правам человека, по развитию демократии, по развитию института гражданского общества.

— Я все-таки хочу понять продукт этого института. Что вы будете в итоге производить?

— Работа будет проводиться публично, с активным участием средств массовой информации. Это дискуссии, круглые столы, симпозиумы, где будут вырабатываться некие общие подходы и стандарты в области демократии, прав человека. Это и есть продукт.

— Все-таки согласитесь, несколько непривычно — российские правозащитники будут учить американцев и европейцев демократии.

— Почему же мы все время думаем о том, что мы должны только учиться у Европы и у Америки. А что, у нас вообще ничего положительного нет? Нельзя же исходить из позиции: я учитель, ты ученик! И быть всегда в позе уродливых мальчиков для битья — это неприятно. Я, например, хочу, чтобы любого россиянина, выезжающего за границу, уважали!

С другой стороны, это неправда, что мы будем проверять соблюдение прав человека в Америке, а то, что происходит у нас, замечать не будем. Недавно наша комиссия Общественной палаты по общественному контролю за деятельностью правоохранительных органов и реформированием судебно-правовой системы представила доклад по судебно-правовой реформе. И не все так радужно, как кажется. Но эти проблемы мы должны решать. Поверьте, никто не приедет извне и не будет их решать. Нам извне могут только навязывать некий макет демократии: дескать, у нас такая демократия, значит, и у вас будет такая. Но у нас есть еще люди, которые имеют корни, свою самобытность.

— У нас, если не ошибаюсь, самобытная или суверенная демократия.

— Суверенная…

— По версии Медведева, такой демократии не бывает…

— Да, это очень спорно. И это тоже нам интересно. Потому что существует несколько трактовок, несколько модификаций демократии. Давайте посмотрим, что такое демократия вообще. Что такое для американцев демократия, для европейцев. Неужели это только свобода? А что такое свобода? Неужели это только выйти с плакатом и протестовать? Нам есть о чем поразмышлять…

— Не боитесь, что на Западе посчитают вас «кремлевским проектом»?

— Мы готовы вступить в дискуссию. Пусть критикуют. Мы готовы и учиться, и предлагать то, что у нас есть хорошее. Если за это намерение нас можно критиковать, тогда мне вообще ничего не понятно! Тогда слушайте только себя — и все! И варитесь в собственном котле!

 

Редактор газеты the EXile Марк ЭЙМС, гражданин США:

«Так русские дразнят Америку»

— Когда я прочитал о создании российского правозащитного фонда за рубежом, рассмеялся — Россия в образе диснеевского кролика Багза Банни дразнит Америку!

И я понимаю Москву. Даже поддерживаю. Америке давно нужна нейтральная правозащитная организация, которая могла бы критиковать нашу демократию. А ее ругать, поверьте, есть за что. Например, у американского избирателя крайне скудный выбор — две партии с очень сходными позициями. Частенько случаются фальсификации голосования. Например, на президентских выборах 2000 и 2004 годов, из-за чего конгресс должен был по идее отменить их результаты. Но вместо этого — молчание! Кричать-то особо некому! Да, есть правозащитные организации, которые критикуют Вашингтон за пытки заключенных в Гуантанамо и войну в Ираке, но американскую демократию и выборы почему-то не критикует никто. Ни одна страна не любит критику. А США ее просто не терпят. Они так свято хранят свой имидж Самой Настоящей Демократии в Мире, что любые поползновения против нее считают нелепыми. Даже европейцы с их ОБСЕ не помышляют об этом — для этого слишком слабы. Но, несмотря на все это, я сомневаюсь в эффективности российской затеи. По простой причине — если русские начнут критиковать выборы в США, американцы просто удивятся. Одни подумают, что это такая шутка, и будут смеяться. Другие решат, что это ответный удар Москвы.

Хотя в долгосрочной перспективе кто знает, может, что-то у России получится… Но надо учитывать, что главное для таких фондов — не столько финансирование, сколько репутация. Кроме того, я не очень понимаю, какую демократию Москва собирается экспортировать за рубеж? Ведь в отличие от западной, которая имеет пафос быть «единственной», «несомненной» и «несущей свободу всему миру», российская демократия суверенна. То есть неуниверсальна. И создана для внутреннего, но никак не для внешнего потребления. И я не представляю, как своим суверенным стандартом русские намереваются мерить американскую демократию?

Думаю, что российский фонд создан скорее для роста имиджа России в глазах… ее же граждан. Чтобы показать им, что на Западе с демократией тоже беда. И учить русских Америка не имеет права.

  • версия для печати
  • отправить по почте
  • опубликовать в блоге
« Андраник Мигранян: Путем революции невозможно добиться каких-то позитивных целей  |  Запад познакомят с матерью Кузьмы »